corporatelie (corporatelie) wrote,
corporatelie
corporatelie

Categories:

Приказ наркома внутренних дел Союза СССР Г.Ягоды №0072 от 17 февраля 1936 г.

Как мной уже неоднократно отмечалось, ГУЛАГ постоянно (буквально каждый год) сотрясали скандалы, касающиеся издевательств  над  заключенными (в блоге я уже не раз публиковал документы, доказывающие этот тезис).

Приведенный в этом посте приказ  Ягоды от 1936 г. о борьбе с фактами издевательского отношения к заключенным в исправительно-трудовых лагерях, тюрьмах и колониях НКВД просто в силу своего определенного "парадного" формата подзаконных актов НКВД  фиксирует лишь малую долю происходивших "эксцессов и перегибов". Помимо всего прочего, Ягода отмечает : "Безобразный подбор административного состава подразделений, отсутствие повседневного за ними контроля, игнорирование заявлений и жалоб заключенных, беззубое и примиренческое отношение к разложившимся негодяям администраторам, бездействие работников 3-х отделов,  во-время не вскрывающих и не сигнализирующих об этих безобразиях- являются причинами, порождающими факты произвола и преступлений."

Любопытно ситуацию с лагерной преступностью 1936 г. сравнить с ситуацией лета 1934 г., которую описывал тогдашний прокурор СССР И.Акулов в письме на имя Сталина.

Экстремальная преступность работников лагерной системы складывалось, как водится, из-за влияния сразу нескольких системообразующих факторов:

1. "Классический" ГУЛАГ, в отличии от той же дореволюционной пенитенциарной системы или советской системы ГУМЗов 1920-х, был своеобразным "штрафным пунктом", "отстойником", куда сбрасывали на административные должности  (иногда даже высшего командного звена) проштрафившихся на оперативной работе чекистов, часто алкоголиков, коррупционеров и даже садистов-убийц. Как отмечает профессор Г.М.Иванова в своей фундаментальной монографии "История ГУЛАГа, 1918 — 1958: социально-экономический и политико-правовой аспекты / Г.М. Иванова; Ин-т рос. истории РАН. - М: Наука, 2006 :"Во второй половине 1930-х годов в связи с непрекращаю­щимся ростом числа заключенных и строительством новых гигантских лагерных комплексов, в центральном и местных аппаратах Главного управления лагерей заметно обостри­лась кадровая ситуация. Положение осложнялось не столь­ко общей нехваткой кадров, сколько их абсолютной профес­сиональной непригодностью. Чтобы наглядно представить сложившуюся ситуацию, познакомимся с мнением замести­теля начальника ГУЛАГа И.И. Плинера. Вот выдержки из его выступления 8 апреля 1937 г. на отчетно-выборном партий­ном собрании ГУЛАГа: «За последние 4 — 5 лет мы добива­лись того, чтобы получить людей, и нам людей все-таки не давали. Нам давали отсев от других отделов, нам давали по принципу — "на тебе боже, что нам не гоже..." И в лучшем случае нам давали таких, которые спились, — раз человек спился, дают его в ГУЛАГ. Когда я говорил, кого вы нам дае­те, мне отвечали: "Бросьте, вы перековываете преступни­ков, а этот человек не совсем пропащий". По этому призна­ку нам давали людей, по этому признаку у нас укомплектова­ны большинство аппаратов в лагерях. С точки зрения аппа­рата НКВД, самое большое наказание, если кто-то прови­нится, — это посылка его в лагерь на работу».
Еще более резко звучало выступление Плинера, ставше­го в августе 1937 г. начальником ГУЛАГа, на собрании в ав­густе 1938 г. "До прихода нового руководства НКВД, — подобострастно отмечал руководитель ГУЛАГа, — до прихода Николая Ивановича Ежова, к комплектованию кадров на­шей системы подходили враги по-вражески; давали нам всякую сволочь, иногда фиксировали: из органов уволить, направить на работу в систему ГУЛАГа, иногда и без этой оговорки" . Следует заметить, что подобная практика ком­плектования руководящих кадров ГУЛАГа, столь эмоцио­нально обрисованная Плинером, существовала не только "до прихода нового руководства", но и в течение всех пре­дыдущих и последующих периодов деятельности каратель­ного ведомства
".


2. Формально-показные и  спорадические "надзорные мероприятия" с расстрелами и осуждениями работников администрации лагерей ( через Коллегию ОГПУ и ВКВС СССР) вскрывали лишь малую часть реально происходивших беззаконий и преступлений в уголовно-исполнительной системе. Для лагерного комплекса была характерна высокая доля так называемой "латентной", невыявленной преступности. В ГУЛАГе не существовало универсальной практики наказания начальников лагерей или отделов лагупралений за допущения высокой смертности заключенных, издевательства над арестантами и другие нарушения "социалистической законности". Привлечение к дисциплинарной или уголовной ответственности зависело от сочетания сиюминутных (зачастую политических) факторов. Анализ репрезентативного массива биографий управленцев ГУЛАГа разных звеньев административной иерархии, допустивших массовую гибель людей или издевательства, показывает, что огромная часть преступников уходила от ответственности и продолжала
успешно продвигаться по службе, получая повышения и награды.

3.Даже если работники лагерей и привлекались к суду, часто дела в их отношении прекращались на этапе предварительного следствия. В случае вынесения обвинительного приговора сама мера репрессии, зачастую, могла быть совершенно несимметричной тяжести совершенного деяния.  Достаточно часты были прецеденты, когда чекисты, осужденные за избиения арестантов или допущения высокой смертности, выходили по амнистии из мест лишения свободы и опять брались на работу в лагеря и тюрьмы, достигая высоких должностей.

3.Прокурорский и ведомственный надзор за лагерями, колониями и тюрьмами, по признанию самих работников прокуратуры, был  недопустимо слаб.  Cектор по надзору за местами лишения свободы даже по штату был крайне скромным и комплектовался cамыми неквалифицированными прокурорскими кадрами. Прокуроры в местах лишения свободы(особенно отдаленных) бывали редко.

4. Для раннего ГУЛАГ 1930-х из -за господствующей тогда утопической теории "перековки" было характерно делегированние части административных и даже охранных функций на самих заключенных ( в основном, "социально-близких"). В результате кадровые чекисты в лагерях постоянно взаимодействовали с уголовным миром, разлагаясь под влиянием блатных.

Все перечисленное создавало атмосферу безнаказанности, где одни и те же преступления повторялись из года в год, несмотря на патетические пафосные приказы Ягоды и привлечение ряда работников лагерного комплекса к уголовной ответственности.

Приказ наркома внутренних дел Союза СССР Г.Ягоды №0072 о борьбе с фактами издевательского отношения к заключенным в исправительно-трудовых лагерях, тюрьмах и колониях НКВД от 17 февраля 1936 г.

IMG_5711.JPG
IMG_5715.JPG
IMG_5719.JPG

Источник: ГА РФ.Ф.9401.Оп.1а.Д.9.Л.94-95.

Tags: 1936 г., ГУЛАГ, Ягода
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 7 comments