corporatelie (corporatelie) wrote,
corporatelie
corporatelie

Category:

Допрос райуполномоченного ОГПУ М.Н. Семернева о Назинской трагедии

Допрос райуполномоченного ОГПУ М.Н. Семернева ( снятого в последствии с должности и привлеченного к уголовной ответственности, однако очень скоро опять вернувшегося на работу в ОГПУ). Много важных подробностей о катастрофе и образе действий местных властей всех уровней, причем с характерными интерпретациями работника ОГПУ того времени.

Все сканы документов, представленные в посте, публикуются в cети в первый раз.

Стенограмма заседания комиссии крайкома партии по расследованию причин Назинской трагедии [Не позднее 31 октября 1933 г.] Допрос райуполномоченного ОГПУ Александровского района Нарымского округа М.Н. Семернева


П-7, оп.1, д.626, 086.jpg

П-7, оп.1, д.626, 087.jpg

П-7, оп.1, д.626, 088.jpg

П-7, оп.1, д.626, 089.jpg

П-7, оп.1, д.626, 090.jpg

П-7, оп.1, д.626, 091.jpg

П-7, оп.1, д.626, 092.jpg


П-7, оп.1, д.626, 093.jpg

П-7, оп.1, д.626, 094.jpg

П-7, оп.1, д.626, 095.jpg

П-7, оп.1, д.626, 096.jpg


П-7, оп.1, д.626, 097.jpg

П-7, оп.1, д.626, 098.jpg

Тов. СЕМЕРНЕВ - О том, что туда будут вселяться новые контингенты поселенцев, стало известно в феврале месяце. Причем о том, что туда будут вселяться деклассированные элементы мы узнали только в мае месяце перед приездом их, примерно, числа 5 - 6-го.
Примерно, числа 5 - 6, была дана телеграмма из Томской пересыльной комендатуры, что в Александровский район 8-го мая будет направлен караван трудпоселенцев, деклассированного элемента. Не помню, было или не было предложено расселить их в местах, предназначенных для штрафников. Что мы понимали под штрафниками? Спецпереселенцев, которые проштрафились в других комендатурах, и их в наказание посылают в Александровскую комендатуру. Об этом кажется был приказ о неисправимых. Не помню, было ли указано в телеграмме, чтобы расселить их именно в месте, выбранном для штрафников. Но когда поговорили с соответствующими организациями, куда их девать - а об этом были разговоры при Орг. Отделе Райкома партии, потому что еще совершенно ничего не было подготовлено, никто их не ожидал ранее июля месяца, но никак не в мае - то решили, что их можно выселить только в Назимовку (так в документе. Правильно "Назино"- прим.мое) , потому что деклассированный элемент будет пытаться бежать и его надо содержать подальше от населения.
Каким образом туда выселить? Пароходы туда не проходили. Там мы договорились, чтобы высаживать караван в деревне Верхний-Ватос (так в документе- правильно "Верхне-Вартовск"- прим.мое), в крайнем случае можно спустить ближе к деревне "Пролетарка", но там нет пристани. Хорошо бы было подвести ближе, но нет пристаней, и мы в последующих телеграммах, где указывалось, куда они будут расселяться, - указали деревню Верхний- Ватос. Это было числа 7-го мая. Томск почему-то немного задержал отправку, и это сделали лучше, потому, что в Томске уже было пароходное движение, а там на севере в это время еще только начался ледоход. Таким образом, получивши телеграмму, мы были в беспокойстве, что делать. Томск может направить караван, через 3 - 4 дня он будет на месте, а как же нам делаться с его отправкой? Ведь других путей нет, только пароход, катер или лодка. Но Томск опоздал послать этот караван и он прибыл только числа 18 - 19 мая. Как будто бы для встречи этого каравана выехал сам районный комендант ЦЕПКОВ, еще 2 человека из комендатуры тоже с ним выехали. Больше послать никого не могли, потому что в то время комендатура была очень маленькая, народу выехало мало. Выехал сам комендант и почти весь штат забрал с собой.
Для встречи этого каравана он выехал от туда 14-го мая, когда прошел лед. Лед прошел 12-го, а 14 он выехал. Дня через 2 мною был послан туда уполномоченный по районному аппарату - БОГДАНОВ, который находится сейчас здесь в Полпредстве. Что там делалось в течение, примерно, 10-ти суток - ничего не было известно, хотя от Александровки это ни так далеко, примерно километров 100. Что делать им на месте, я им сказал. У нас есть директивы, что каждая партия ссыльных должна встречаться. Как они должны встречаться, я ему все рассказал. Однако, несмотря на это, в течение 10 и больше дней он ничего не сообщал. Распускались и проскальзывали отдельные слухи, что там что-то не ладно, но что - не известно.
Между прочим, этот караван был сослан на остров... (название сказано не разборчиво). Этот остров Вам известен и подробно рисовать его я не буду. Но что там делается - мы не знали. Затем, приехал БОГДАНОВ.

(тов. Прокурор: а разве ЦЕПКОВ не приезжал числа 25-го?).

Не помню. Я помню, что ЦЕПКОВ был, но в какое время - не помню. Я помню, что он приезжал вместе с одним Инспектором, Уполномоченным СИБЛАГА по Нарымскому округу - КАПРАЛОВЫМ (правильно "Капрановым"- прим.мое), и информировал на Райкоме партии о состоянии дела. Не помню, одновременно приезжал, или раньше. Когда БОГДАНОВ приехал, то рассказал обстоятельно, что там делается. Он рассказал, что там большие беспорядки, что комендатура, в частности сам ЦЕПКОВ, растерялись и не знали, что делать, не могут организовать это дело. Целые дни у них проходят исключительно на то, чтобы раздать паек муки. На это уходит время с утра до вечера. Он рассказал, что на почве того, что народ приехал чрезвычайно слабый, прошедший много этапов, плюс к тому северные весенние майские холода, а народ разутый раздетый, плюс к этому еще плохо организованное питание их на месте, на острове, когда нет печеного хлеба - все это создало тяжелое положение. Комендатура выдает муку, а эти деклассированные элементы, или в руке разбалтывают эту муку, или в фуражке, потому что нет ничего, не в чем приготовить еду. От этого увеличивается смертность. Он привел такие цифры, что в первый день, когда выгрузили партию на берег, умерло человек 50 - 60. На второй день - 137 человек, в следующие дни смертность колебалась от 40 до 50 человек ежедневно. За тот промежуток времени, сколько он там пробыл, по неточным подсчетам, было зарыто трупов больше 300.
Он рассказал о том, как происходила сама приемка, что когда пришли караваны - весь народ находился в трюмах на этих баржах. Когда начали их выгружать, то большая часть из них просто не могли выходить от туда сами, все это чрезвычайно ослабевший народ, и их выносили на руках. Некоторые, сидя внутри баржи, чувствовали себя хорошо, но когда выходили на верх, на палубу, на свежий воздух, то делались такими же, как и все остальные, так на них влиял свежий воздух.
Что еще там происходило? Один стрелок, стоявший на посту, убил труд. поселенца за то, что он пытался убежать. Несмотря на то, что только что прошел лед и вода была очень холодная, этот трудпоселенец прыгнул в воду. Может быть он хотел бежать, может быть утонуть, но на воде его стрелок застрелил. Вот это одно убийство. По этому поводу следствия не вели. Мне сказали так, что факт был настолько очевиден, что стрелок, стоявший на посту, обязан был стрелять, что он и сделал.

(тов. КОВАЛЕВ: а обязаны Вы в таких случаях вести следствие, даже, если он имел право стрелять?).

Если бы дело велось нормально, то конечно должно было бы вестись следствие, нужно было бы подтвердить это дело еще на бумаге. Возможно, что это дело потребовали бы к прекращению, но формальную сторону нужно было бы соблюсти.
Дальше, когда их высадили на берег, то получалось чрезвычайно большая волынка в процессе раздачи продовольствия. Что там делалось? Группы поселенцев были разные. Некоторые чувствовали себя хорошо, были и здоровые, в особенности люди ... (сказано неразборчиво). Они группировались по несколько человек и попросту отбирали продовольствие у наиболее слабых. Попадались такие случаи, что раздадут продовольствие как будто бы по счету всем, а через некоторое время подходят все новые и новые и заявляют, что они не получали, так до 1000 человек. Если их спрашивали, почему они не получали, то те говорят, что за нас получали более сильные. Более сильные просто берут палку и нас отгоняют, а сами вместо нас получают. - Надо сказать, что это было действительно верно, что эти группы делали так. В последствии, примерно в конце июля, в августе месяце, когда было предложено привлекать к ответственности вот этих людей, которые занимались таким грабежом - мы их привлекали к ответственности. Это предложение поступило к нам со стороны Окр. Отдела ( ОГПУ- прим.мое), а Окротделу было предложено Представительством ( ПП ОГПУ по ЗСК- прим.мое). До этого распоряжения мы таких людей к ответственности не привлекали. Мы написали сюда об этом положении в июне месяце и в конце июля мы получили предложение о том, чтобы этих людей привлекать.
Для характеристики я приведу следующее: Когда люди приходили и просили пайки, то это было не голословно, а и в действительности дело обстояло так.
Кроме того, там наблюдалось несколько случаев людоедства. Чтобы сразу, кто-либо из работников комендатуры, из охраны или из административного состава сам на месте преступления поймал, что действительно едет людей - таких случаев не было. Но были случаи, когда задерживали трудпоселенцев, которые имели при себе человеческое мясо.
Что мы по этим делам предприняли? Я смотрел на это дело тогда так, что как будто бы в уголовном кодексе нашем нет такой статьи, которая карала бы за людоедство. Мы не имели фактов, что убивали живых людей, чтобы их съесть. А за трупоедство привлекать - такой статьи нет. Когда я выехал туда 9-го июня, то установил, что там, наряду с тем, что наблюдаются случаи людоедства - разрезаются трупы, вынимают печенку и другие внутренности, что трупы находили с вынутыми органами, не знаю, для еды или нет. В последствии было установлено, что люди начинают носить с собой в запас человеческое мясо. Мною был установлен случай, что задушили одного трудпоселенца и ели его. Когда я установил этот случай, что действительно людоедство, и не только трупа, но с убийством людей, тогда я увидел, что это дело вполне уголовное, которое должно быть наказуемо. Однако, людей этих наказать не пришлось, хотя они были выявлены, арестованы, рассказали процесс убийства и признались, - потому, что они умерли через несколько времени, хотя были помещены в лучшие условия, были в арестном помещении, где имеется санитарный надзор. Умерли они, видимо, от желудочных заболеваний. По-видимому, они перенесли в пути и на острову большие лишения.

(тов. КОВАЛЕВ: сколько людоедов выявили?)

По делу, которое я вел, - 3 человека проходило, но все они умерли. Один умер раньше, будучи выявленным, но еще не взятым. А другие 2 умерли уже в Александровской больнице, куда их перевели из арестного помещения.
Одновременно со мной туда ездил уполномоченный Нарымского окружного Отдела РЯБУШКИН. Я там пробыл не долго, дня 4. Побывал в Речке, на поселке, провел это дело и выехал в Александрово, а РЯБУШКИН еще оставался, проводил свою чекистскую работу, и одновременно выявил еще ряд людоедов, которые занимались этим делом, в одиночку и группами. Они были арестованы, привезены в Александрово, причем несколько человек из них умерли. Дело он увез с собой вот какое большое. Что получилось в последствии из этого дела - я не знаю.
Что мы делали с теми стрелками, или вернее с работниками комендатур, которые злоупотребляли, мародерствовали? Еще во время приемки каравана наблюдалось, что со стороны самого коменданта ЦЕПКОВА был не верный подход к этим трудпоселенцам. Имело место, например, избиение. Правда, это были не крупные факты. Тов. ЦЕПКОВ - человек вспыльчивый. Имели место случаи, что когда его окружает целая толпа трудпоселенцев, то он бросал в них палками. Был случай, когда он плевал на трудпоселенцев. Дело было такое: нужно было сложить печку для выпечки хлеба. Один из труд- поселенцев назвался мастером этого дела, ему дали большой паек и прочее - а ничего у него не вышло из этой работы. ЦЕПКОВ плюнул на него и прогнал.
Что мы делали в этой части? Когда БОГДАНОВ был там, то он сделал 2 протокола допроса очевидцев этого дела. Затем, делались несколько протоколов свидетельских показаний на стрелков. Например, один из них убил трудпоселенца. Два трудпоселенца набро¬сились на стрелка и он убил одного. Фамилии этого стрелка я не помню. Эти протоколы потом были переданы Уполномоченному Каргасокского Райотделения ЯКОВЛЕВУ, который выезжал туда и проводил следствие по делу ЦЕПКОВА. Вот об этих фактах. Дальше никаких следственных дел не велось. Все эти факты были изложены в специальном разделе сводок о поселении трудпоселенцев,
которые были высланы сюда в ПП, а в копии - Нарымскому окружному Отделу.
Когда я сам приехал и посмотрел, что еще там делается на этом острову и Речке, то по возвращении, числа 16-го июня, я написал специальную докладную записку о положении дела, в которой отразил неустроенность этого поселения, большую смертность поселенцев, которая все время увеличивается и к числу 15 июня дошла уже до 1000 человек. Точные цифры смертности мы пытались выяснить. В то время была комиссия из округа: Окружной Прокурор СТАРИКОВ, член Окр.КК тов. ЭЙН, я был, Уполномоченный Окр. Отдела РЯБУШКИН, Председатель РИК’а, Секретарь Райкома партии. Все мы пытались установить это дело, но точные цифры смертности мы в то время не получили, потому что у них не велось достаточно точного учета. Когда человек умирал, то никто не знал собственно, как его фамилия, имя и отчество, а этих умерших людей просто зарывали, считая их штуками, без всяких фамилий и т.д. Каким образом производился учет умерших, особенно на острову? Считали, сколько было принято и сколько имеется на лицо. Всю разницу заносили в число умерших. Возможно, что это было бы точно и считалось точной цифрой, если бы Уполномоченный районного аппарата БОГДАНОВ не установил, что трудпоселенцы с острова бегут. Тогда в этих цифрах стали сомневаться. Было несколько случаев задержания бежавших с острова. Сначала не думали, что с острова можно бежать, потому что с одной стороны река, с другой протока. Весна, лед, холодная вода, на лодках бежать нельзя, потому, что у них нет ни топоров, ни ножей, нечем соорудить лодку. Оказывается, что они просто собирали толстые сухие палки, складывали их в виде плота и спускались по течению протоки километров на 3 - 5, а затем выхо¬дили на берег. Когда БОГДАНОВ это установил, то человек 3 -х задержал, или даже больше. Тогда он договорился с комендантом, чтобы там поставили охрану, раз имеются такие случаи. Охрана была поставлена и задерживала беглецов. Не могу сказать, сколько было случаев. Массовых побегов не было, потому что для этого надо строить громоздкий плот. Они сооружали маленький, человека на 3 - 4 и таким путем бежали. Что получалось с этими беглецами? При впадении протоки в Обь, особенно когда большой разлив при непогоде, получались большие валы и конечно многие бежавшие гибли.
Выявленные факты побегов доказали, что если на острову не хватает людей, то не все они умершие, а часть сбежала. Правда, не так много, но все же не все те, которых не хватает на острову, умерли.
Когда трудпоселенцев привезли на место, предназначенное для их расселения, - то как узнали о месте этого расселения? Комендату¬ра эту местность не обследовала, там работал... (сказано не разборчиво), производил заготовку клепки, рыбную ловлю, там был свой лагерь. Только потом узнали, что в этой местности можно расселить поселенцев. Мест для поселков намечено не было. При отправке комендант ЦЕПКОВ наметил километров за 60 от деревни Назим по речке, чтобы Назим сделать первым поселком, а остальных рассе¬лить еще дальше вверх. Таким образом было проделано. Правда, не успели еще всех перевести. Например, на тот поселок забросили 2 - 2-1/2 тысячи, а дальше было заброшено по 300 - 400 человек. Приехал пом. начальника СИБЛАГа ДОЛГИХ, который заехал туда и приказал сделать передвижение поселенцев, чтобы тот поселок, который был назначен первым, сделать последним, а остальные расположить ближе. Таким образом, поселения передвинулись километров на 8 - 10. Это было сделано. Находящиеся уже в поселке были переброшены с Назимовского острова (так в тексте. Правильно "Назинского"- прим.мое). Смертность там была тоже большая. Почему? Люди чрезвычайно ослабли, появились желудочные заболевания, например, дизентерия, которая уносила много людей. Кроме того, среди людей начал распространяться слух, что недалеко, километров за 60, проходит железная дорога на Новосибирск. Люди стали бежать. Походят по тайге дня 3, а продовольствия у них нет, потому что выдавалось только на один день. Правда, некоторые отбирали у других, запасали себе продовольствия на 2 - на 3, а больше нет. Пропутаются они по тайге 3, 7 - 10 дней, где нет никаких дорог и тропинок, даже у местного таежного населения, а затем многие погибают. Некоторые, наиболее здоровые, возвращались обратно в лагерь. Но, рассказав о том, что с ними получилось, через некоторое время умирали. Я был очевидцем такого случая: задержали одного. Пошли они в тайгу 7 человек, проплутали там 9 дней. А кругом болото, все покрытое водой в весеннее время. Он сказал, что из этих 7-ми человек в живых остался он один и то только потому, что по¬дошел к деревне Пролетарке, не далеко от Назимы. Остальные 6 человек погибли. И таких случаев очень много. В результате к моему отъезду из Александровского района к сентябрю месяцу из тех людей, которые были расселены в Назимовской речке в количестве около 6 с лишним тысяч оставалось 2.300 или около этого человек.
Надо заметить, что по некоторым подсчетам комендатуры там умерло около полуторых - двух тысяч человек. Куда остальные могли деваться. Только бежать. Есть основания предполагать, что в тайге их погибло очень много. Многих находят, которые погибли вблизи, а в дали - туда уже никто не ходит. Были случаи, когда людей находили в реке Оби. Каким образом они попадали в Обь. Когда уже на поселке они приступили к строительству, когда им давали уже пилы и топоры, они организовывались в группы по 7 - 8 человек и убегали. Доберутся до реки Оби по Назимовской речке, километров 50 - 60, и порядочно себя изнурят за это время. Здесь они себе устраивают маленький плот, садятся и едут по Оби вниз. Местные крестьяне видели очень много таких случаев, когда беглецы едут на маленьких плотах. Но когда разыграется непогода, побегут сильные валы, - то конечно плот разбивает и они гибнут. Очевидец - уполномоченный Нарымского Окружного Отдела ГПУ тов. ЕМЖИН говорил, что он видел, как трупы людей прибивало к берегу и забивало песком. Такое положение было с Назимовской речкой.
Когда я ездил туда, и уполномоченный Окротдела РЯБУШКИН, то было выявлено несколько случаев, когда стрелки охраны кое-что покупают и трудпоселенцев за бесценок. У одного стрелка были отобраны купленные таким образом поношенные хромовые сапоги, которые он купил у трудпоселенца за небольшой кусок хлеба, немного махорки и т.д. Все это дело ему обошлось рубль или полтора. Да и сами сапоги стояли не больше пяти рублей, хотя и хромовые. Правда, этот стрелок на первых порах отказался от этого дела, но крепких репрессий по отношению к нему применено не было. Я по¬говорил с Уполномоченным, что делать, и решили отдать его коменданту и пусть тот наложит на него административное взыскание в пределах своих прав.
Затем было заявление от одной женщины трудпоселенки, что она таким же образом продала стрелку пальто на шелковом подкладе и т.д. Кому она продала - так и не установили. Впоследствии она показывала, что продала одному стрелку даже не приезжему, а посланному из Александровской комендатуры, некто ШПАГИН - кандидат партии. Когда стали проверять, что он оттуда привез, оказалось, что ничего. У нас было сомнение, продала она или нет, и стрелка этого мы не стали привлекать к ответственности.
Наблюдались такие случаи, что со стороны стрелков были попытки половой связи с трудпоселенками. Это было сделано одним стрелком комсомольцем, по фамилии что-то вроде БЕЛЯЕВ. Такие явления мы рассматривали, как факты, которые можно предотвраить в дальнейшем наложением административного взыскания. Дело было тоже передано районному коменданту для наложения дисциплинарного взыскания. Вот каким образом мы реагировали на те мелкие факты мародерства и избиения, которые имели место со стороны стрелков, охраны и работников комендатур.
Примерно, в конце июня месяца приехал в Александровскую комендатуру Уполномоченный 3-го Отделения Сиблаг’а БРУТОВ для постоянной работы. Когда он приехал, то явился к нам в аппарат и рассказал цель его приезда. Он будет постоянно работать здесь, обслуживать главным образом контингент трудпоселенцев - рецидив, потому что по установкам Сиблаг’а они являются заключенными. Третье Отделение Сиблаг’а обслуживает заключенных. Он сказал, что в его ведении находится вся охрана, что он ожидает еще прибытие охраны, целого ряда вооруженных людей не только винтовками, но и другими видами оружия, ожидал целую роту. Он сказал, что будет обслуживать этих поселенцев. Как я реагировал на это дело. У нас в аппарате тогда находилось всего лишь два человека - я и уполномоченный, а больше никого не было. Плюс к этому у нас в обслуживании находилось местное население и старые контингенты спецпереселенцев. Он был послан специально для этой работы, специально обслуживал их, и я полагал, что попутно пусть он обслуживает, как мы обслуживаем. Так мы и делали. Правда, было очень непонятно, почему такое двойное обслуживание, к чему дублирование в работе и т.д. Но это оставалось фактом до самого последнего времени.
Дело ЩЕРБАКА и других было при БРУТОВЕ. БРУТОВ знал, что был убит, вернее пропал трудпоселенец, а куда - неизвестно. Впоследствии районным аппаратом, уже после сдачи мною аппарата, было установлено, что этот трудпоселенец был убит административно ссыльным по договоренности со стрелком ЩЕРБАКОВЫМ и ограблен. У него были отобраны деньги.
(тов. КОВАЛЕВ: нам рассказывали, что вопрос о выселении на остров решался Вами и ЦЕПКОВЫМ). Этот вопрос решался одним ЦЕПКОВЫМ. Тогда была получена телеграмма и был поставлен вопрос в ... (не слышно), то там и настаивали, что надо расселить их туда. Я категорически протестовал и говорил, что надо вывести их на пристань Верхний Ватос. Мы знали, что там есть остров, откуда они не разбегутся, что там удобно, если остров не залит водой. Так и порешили, что их будут высаживать на пристань Верхний Ватос.
Когда поехал ЦЕПКОВ принимать партию, встретил караван и увидел, что этот остров не залит водой, что на него можно выселить народ, то после этого привел караван на остров и высадил там. Он преследовал ту цель, что с Верхнего Ватоса их надо возить километров на 20, а тут их сразу выселять на Назимовскую речку. Прежде он приходил ко мне и согласовывал вопрос, где их расселять. Договорились, что в Назимовской речке. А относительно острова он решил самостоятельно.
Что нами проделывалось во время работы председателем Комиссии уже в августе месяце по отбору трудпоселенцев для лагерей с деклассированным элементами. Правами мы никакими не пользовались, за исключением того, что тех людей, которые докажут документальными данными, что их выселили неправильно, по ошибке, - на таких людей представлять списки и эти документы в Сиблаг для проверки, но ни в коем случае не освобождать. Причем было указание, что даже нельзя особенно доверяться и документам. Эти указания взяты из специальной инструкции, утвержденной Полпредством. Мы и поступали согласно этой инструкции.

(тов. КОВАЛЕВ: а не было разговоров, что вообще от этих людей никаких заявлений принимать не нужно?)

Когда мы там работали, то заявления принимали, и я таких разговоров не слыхал. Среди низшего персонала были такие разговоры, что раз попал - то значит за дело и заявления никакого подавать не стоит.

(тов. КОВАЛЕВ: а были такие разговоры, что с этими людьми нянчиться не следует, что их прислали туда умирать?)

Может быть и были такие разговоры со стороны контрреволюционного элемента. Проскальзывали такие случаи со стороны медицинского персонала, который иногда рассуждал, что в силу сложившейся обстановки люди должны тут умирать.



Источник: Государственный архив Новосибирской области.Ф.П-7.Оп.1.Д.626.Л.84-96. Впервые опубликовано: Назинская трагедия. Серия: Из истории земли Томской. Документальное научное издание. Томск: Изд-во «Водолей», 2002. 220 с. (11,7 п.л.). Составитель д.и.н. С.А.Красильников.
Tags: 1933 г., ГУЛАГ, Назино, депоратция 1933 г., спецпереселенцы
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments